Мир дикой природы на wwlife.ru
Вы находитесь здесь:Новости>>Новости Антропологии


Новости Антропологии (95)

Пожалуй, мы стали забывать, что до того, как ДНК открыла нам сексуальную неразборчивость неандертальцев и происхождение палеоиндейцев, была квагга. 

Изображение Nature / Tetra Images / Alamy.Изображение Nature / Tetra Images / Alamy.Странноватое существо с головой зебры и задом осла вымерло в 1883 году. Столетие спустя учёные опубликовали данные о примерно 200 нуклеотидах, выделенных из фрагмента мышц квагги (Equus quagga quagga), которая жила за 140 лет до этого. Так было доказано, что квагга и горная зебра (Equus zebra) — два разных вида. 

Но не это главное. Впервые удалось получить ДНК из мёртвого организма. Стало ясно, что отныне мы будем изучать давно исчезнувшую жизнь не только по костям. «Если длительная сохранность ДНК окажется распространённым явлением, преимущества из этого извлекут сразу несколько областей науки, в том числе палеонтология, эволюционная биология, археология и криминалистика», — писали в эпохальной статье Расселл Хигучи и Аллан Уилсон из Калифорнийского университета в Беркли (США). 

Поначалу это утверждение встретило глубокий скепсис: коллегам не верилось, что можно разобраться, где в образце действительно древняя ДНК, а где — не имеющие к ней отношения компоненты. Но со временем возникли более совершенные методы выявления и устранения современной ДНК, загрязняющей образец, и дело пошло на лад. Начался бум древней геномики. В прошлом году были сняты покровы с двух старейших на сегодня геномов — лошади, погребённой в канадской вечной мерзлоте около 700 тыс. лет назад, и нашего с вами родственника из испанской пещеры, жившего примерно 400 тыс. лет назад. Кроме того, обнародована геномная последовательность неандертальца, которая столь же полна и точна, как и геном современного человека. То же самое можно сказать о геноме ребёнка из Сибири, который соединяет родословные индейцев и европейцев.

Эволюционный биолог Людовик Орландо из Копенгагенского университета (Дания) не ждал ничего хорошего, приступая к секвенированию ДНК из ноги лошади, жившей 560–780 тыс. лет назад. Его коллега Эске Виллерслев нашёл образец в Юконе в 2003 году и... положил его в холодильник, надеясь, что однажды появятся такие технологии, которые позволят прочитать его деградировавшую со временем ДНК. (На самом деле холодильники генетических лабораторий набиты такими костями.) 

Воскресным вечером в 2010 году Виллерслев позвонил Орландо и сказал, что время пришло. Орландо не поверил. «Я начинал работать с намерением доказать, что это невозможно», — вспоминает учёный. 

Секвенирование древней ДНК — это битва со временем. После смерти организма длинные участки ДНК распадаются на кусочки. При низкой температуре процесс деградации замедляется, но не останавливается, и рано или поздно приходит момент, когда нити ДНК становятся настолько короткими, что уже не несут почти никакой информации. 

Орландо и его сотрудники обработали то, что осталось от ДНК, соответствующими ферментами и обнаружили, что не только выявили одни фрагменты ДНК, но одновременно потеряли огромное количество других. Пришлось серьёзно подумать над методом, в том числе над температурой, и в итоге удалось добыть в десять раз больше клочков ДНК, чем до этого. Их собрали вместе и получили черновой вариант старейшего генома в истории науки. 

Аналогичным образом генетик Сванте Пээбо из Института эволюционной антропологии Общества Макса Планка (ФРГ) и его коллеги отнеслись к останкам из пещеры Сима-де-лос-Уэсос на севере Испании. Возможно, тот, кто жил там 400 тыс. лет назад, был в числе предков современного человека. Кости лежали в яме при стабильно низкой температуре, поэтому шансы на обнаружение значимых фрагментов ДНК считались сравнительно высокими. «Если бы гоминин спросил, где ему оставить свои кости, мы бы, скорее всего, выбрали именно это место», — поясняет молекулярный биолог Маттиас Мейер, возглавляющий проект. 

В декабре прошлого года учёные отчитались о получении примерно 16 300 «букв» митохондриального генома особи из упомянутой пещеры. Последовательность неожиданно выявила родственные отношения между обитателями пещеры и денисовцами — другой группой архаичных гомининов, обнаруженных группой Пээбо в Алтайских горах за тысячи километров от Испании. Сейчас Мейер и его коллеги думают только о ядерном геноме: «Я не успокоюсь, пока не пойму, можно это сделать или нет». 

По словам Мейера, сомнений уже не осталось: восстановление генома животного, которое пролежало в вечной мерзлоте более миллиона лет, — всего лишь вопрос времени. Со своей стороны, Мейер и Пээбо собираются побить рекорд для ДНК гоминина и подбираются к останкам человека прямоходящего из сравнительно тёплых азиатских краёв. Кроме того, своего часа ждут египетские мумии и человек флоресский, живший в Индонезии всего 18 тыс. лет назад. Впереди у нас множество выдающихся открытий, которые должны наконец заполнить осточертевшие пробелы в истории. 

А несколько лет назад Дэвид Рейх обнаружил... привидение. Рейх — популяционный генетик из Гарвардской медицинской школы (США) — занимается реконструкцией истории Европы на основании геномов современных людей. И его группа выяснила, что обитатели Северной Европы связаны с индейцами. Учёные постулировали существование ныне вымершей популяции на севере Евразии, которая скрещивалась с предками европейцев и с некоей сибирской группой, которая позднее мигрировала в Америку. Рейх называет такие популяции призрачными, поскольку об их существовании мы знаем не по костям, орудиям труда или их собственным ДНК, а всего лишь по эху, которое они оставили в других геномах.

Призрачные популяции — продукт статистических моделей, поэтому к ним нужно относиться соответственно, подчёркивает популяционный генетик Карлос Бустаманте из Стэнфордского университета (США). Постулирование такой популяции ещё не означает, что данное биологическое событие действительно имело место. 

Однако порой призраки обретают тела. В прошлом году группа Виллерслева отчиталась по результатам работы над геномом мальчика с сибирской стоянки Мальта, жившего 24 тыс. лет назад. По-видимому, он был представителем как раз той популяции, которая соединила индейцев и европейцев. Рейх оказался прав. 

Это не единственная призрачная популяция. Группа, которую возглавляли Рейх и Монтгомери Слаткин Калифорнийского университета в Беркли (США), изучая высококачественные геномы неандертальцев и денисовцев, обнаружила любопытную деталь: современные обитатели Африки южнее Сахары ближе к неандертальцам, чем к денисовцам. Чтобы объяснить эту странность, пришлось выдумать ещё одного призрака. Возможно, денисовцы скрещивались с неизвестными науке гомининами, которые покинули Африку более 1 млн лет назад и откололись от общего предка людей, неандертальцев и денисовцев. Следовательно, получившиеся в результате такого кроссбридинга денисовцы унаследовали последовательности ДНК, которых нет у современных африканцев. Вот почему последние ближе к неандертальцам. 

Рейх и его команда теперь ищут остатки денисовской ДНК в современном человеческом геноме, надеясь узнать, когда же денисовцы скрещивались с этой загадочной популяцией. Полученная информация поможет понять, какие кости следует анализировать в поисках неизвестного науке вида. И геном из пещеры Сима-де-лос-Уэсос должен очень сильно тут помочь. 

Другие учёные тоже не брезгуют призыванием теней из мира мёртвых. Палеоантрополог Крис Стрингер из лондонского Музея естественной истории (Великобритания) предложил считать вид Homo antecessor (человек-предшественник), известный по останкам, найденным близ Сима-де-лос-Уэсос, и существовавший около 900 тыс. лет назад, представителем той самой популяции. Если он скрещивался с предками денисовцев и гоминина из испанской пещеры, то связь между той и другой группой понятна. Для проверки этой гипотезы нужна ядерная ДНК. Ждём очередного чуда от лаборатории Пээбо и Мейера. 

Наука о человеческой эволюции вступила в новую фазу. По словам популяционного генетика Джоша Эки из Вашингтонского университета в Сиэтле (США), совсем не обязательно искать кости с древней ДНК: можно найти остатки древней ДНК в современном геноме. Если верна гипотеза о скрещивании людей с неандертальцами и денисовцами, то потомки этих «браков» должны обладать короткими сегментами архаичной ДНК. Эки и другие специалисты сейчас занимаются составлением каталога этих фрагментов. 

В январе группы Эки и Рейха независимо друг от друга собрали 20 и 40% соответственно неандертальского генома из кусочков, сохранившихся в геномах сотен современных европейцев и азиатов. Эти гены имеют отношение в основном к коже и волосам. По-видимому, они помогли нашим предкам приспособиться к холодному климату: сделали кожу более толстой, покрыли её более густой «шерстью», уменьшили количество пор. В то же время значительное количество неандертальских генов мы не сохранили, и это намекает на то, что они могли быть вредными для наших предков. Один из таких участков группа Эки обнаружила вокруг гена FOXP2, отвечающего за речь и язык. Интербридинг имел свою цену. 

Всё только начинается. Группы Эки и Рейха выяснили, что в обитателях Восточной Азии в среднем чуть больше неандертальской ДНК, чем в европейцах. По мнению Эки, это может свидетельствовать о том, что неандертальцы скрещивались с древними людьми по крайней мере дважды: сначала с предками всех евразийцев, а затем с предками восточных азиатов. Более того, Эки убеждён, что в нас можно найти генетические клочки других вымерших видов, которые скрещивались с нашими предками ещё в Африке южнее Сахары. 

На протяжении последних 30 лет основным методом амплификации древней ДНК была полимеразная цепная реакция, но она, увы, несовершенна из-за загрязнения образцов. Поэтому заниматься поиском древних генов могли только избранные лаборатории, имевшие и опыт, и деньги на исследование сотен окаменелостей в надежде добыть достаточно материала на полный геном. 

Сейчас ситуация меняется. Появились новые технологии, которые позволяют извлечь ДНК из любого образца (за исключением сильно разложившихся, конечно) и затем секвенировать только ту часть генома, которая интересует в данный момент. «Меня удивляет, что этим ещё не занимаются по всему миру, — говорит палеогенетик Иоганн Краузе из Тюбингенского университета (ФРГ), возглавлявший значительную часть работы над денисовским геномом в лаборатории Пээбо. — Нет тут ничего космического». 

Постепенно появляются новые имена, и Бустаманте — одно из них. «Если я смог, любой сможет», — говорит учёный. Он занимался современными человеческими популяциями, но пару лет назад ему позвонила мумия. В 1991 году в Тирольских Альпах Италии туристы нашли труп, который пролежал там 5 300 лет. Для изучения Эци, как назвали на удивление хорошо сохранившегося мужчину, создали целый институт. Со временем возник вопрос, к какому народу принадлежал сей индивид, и решили пригласить Бустаманте. Он помог выяснить, что ближе всех к Эци стоят современные жители Сардинии и Корсики, то есть связь с древним населением Центральной Европы сохраняется в современных популяциях. 

Теперь Бустаманте занимается генетической историей пришествия первых неолитических «фермеров» в Болгарию, трансатлантической работорговли и доместикации собак. Попутно изобретаются более дешёвые и эффективные методы секвенирования древних ДНК. 

Рейх тоже перешёл от неандертальцев к возникновению сельского хозяйства и истории Индии. На самом деле заниматься этим ещё труднее, потому что материала для анализа даже меньше, чем в случае неандертальцев. 

В общем, методы, выработанные при расширении области исследований во времени, теперь используются для её углубления. И результаты уже есть. В прошлом году Рейх и его коллеги сообщили об изучении митохондриальной ДНК 364 европейцев, живших 1,55–5,5 тыс. лет назад. А исследование 18 мДНК древних собак и волков показало, что европейские охотники одомашнили представителей вымершей ныне популяции волков. 

Интересно, что сейчас учёные вновь возвращаются к тому, с чего всё когда-то начиналось, — к квагге. Секвенирование полного генома вымершего животного — часть большого проекта, направленного на выявление различий между современными и исчезнувшими лошадьми, а также зебрами и ослами. Хочется понять, за какие признаки отвечает тот или иной ген. 

 


Источник: КОМПЬЮЛЕНТА


Почему около 40 тыс. лет назад неандертальцы уступили место людям современного анатомического типа? Одна из самых популярных гипотез на этот счёт гласит: наши предки могли похвастаться более разнообразным рационом и это дало им конкурентное преимущество перед неандертальцами. 

Фрагмент волчьей челюсти, принимавший участие в исследовании (фото авторов работы). Фрагмент волчьей челюсти, принимавший участие в исследовании (фото авторов работы). Геохимические исследования ископаемых костей вроде бы подтвердили, что мы и неандертальцы питались по-разному. Действительно, в костях людей современного типа было найдено более высокое содержание тяжёлых изотопов азота по сравнению с останками неандертальцев, и показалось логичным предположить, что в диету наших пращуров входила рыба, тогда как неандертальцы зациклились на крупной дичи — мамонтах и бизонах.

Однако до последнего времени упускалось из виду то обстоятельство, что, возможно, изменилось соотношение изотопов азота в самих источниках пищи. Не стоит забывать, что определённые факторы окружающей среды (например, засуха) способны увеличить долю тяжёлых изотопов в растениях, а это в свою очередь приводит к соответствующим изменениям в организме травоядных животных и хищников, которые ими питаются. При этом, заметьте, никто из них не изменит привычному образу жизни. 

Сотрудники Тюбингенского университета (ФРГ) и Национального музея доисторической эпохи в Лез-Эзи-де-Тайак-Сирёй (Франция) восполнили пробел, выяснив, что соотношение изотопов азота в костях и травоядных (северного оленя, обыкновенного оленя, лошади, бизона), и плотоядных животных (волков) претерпело существенные изменения к тому времени, когда на юго-западе Франции появился человек современного типа. Эти перемены очень похожи на те, которые наблюдаются в человеческих окаменелостях того же периода, то есть диета неандертальцев и наших предков, возможно, была почти одинаковой. А разница в изотопах — следствие перемен в окружающей среде. 

То, что неандертальцы питались, как мы, добавляет новые данные к уже немаленькому корпусу свидетельств о том, что «они» не так сильно отличались от «нас», чем было принято считать пару десятилетий назад: если рацион неандертальцев был столь же широк, как у человека разумного, то, скорее всего, наши соседи по эволюционному древу были столь же хороши в искусстве охоты и собирательства, как и сапиенсы.

Но это вовсе не означает, что теперь сложнее понять, почему наши пращуры побороли неандертальцев. Напротив, изменение изотопного состава намекает на засуху. Возможно, она сыграла какую-то роль в угасании неандертальцев, после чего на освободившееся место пришло новое племя. 

В целом можно заключить, что причины вымирания неандертальцев были весьма сложными. Нельзя всё приписывать одним только различиям в поведении двух видов. 

Результаты исследования опубликованы в издании Journal of Human Evolution.


Источник: КОМПЬЮЛЕНТА


Почему у одних людей кожа светлее, чем у других? Исследователи привыкли относить это различие на счёт десятков тысяч лет эволюции: тёмная кожа защищает тех, кто живёт близ экватора, от интенсивного солнечного излучения, а в более высоких широтах она не нужна. Однако новый анализ древней ДНК наводит на мысль о том, что цвет кожи европейцев менялся на протяжении последних 5 тыс. лет, то есть дело не только в солнце, но ещё и в особенностях питания и половом отборе.

Захоронение ямной культуры близ Кировограда возрастом 5 тыс. лет (фото Alla V. Nikolova). Захоронение ямной культуры близ Кировограда возрастом 5 тыс. лет (фото Alla V. Nikolova). Наш вид, человек разумный, возник в Африке около 200 тыс. лет назад, и исследователи предполагают, что его первые представители обладали тёмной кожей, как сегодняшние африканцы, поскольку в Африке это выгоднее. Кожа приобретает свой оттенок благодаря высокому содержанию пигмента меланина, который блокирует ультрафиолетовое излучение и защищает от различных опасностей, в том числе от повреждения ДНК (оно может привести к раку) и расщепления витамина B. С другой стороны, клетки кожи нуждаются в определённом УФ-излучении для выработки витамина D. Это обстоятельство способствует тому, что популяции, удаляющиеся от экватора, со временем приобретают более светлую кожу. 

Недавние исследования, однако, показали, что на самом деле всё гораздо сложнее. Во-первых, синтез меланина (а он встречается у людей в двух разновидностях) контролируется несколькими генами, каждый из которых, по-видимому, обладает своей историей эволюции. Более того, люди, оказывается, посветлели не сразу после того, как около 40 тыс. лет назад попали из Африки в Европу. В 2012 году, например, Хорхе Роча из Университета Порту (Португалия) и его коллеги, рассмотрев варианты четырёх генов пигментации современных португальской и африканских популяций, вычислили, что по крайней мере три из них получили эволюционную поддержку через десятки тысяч лет после исхода людей из Африки. В январе стало известно, что Карлес Лауэса-Фокс из Барселонского университета (Испания) и его коллеги секвенировали геном мужчины возрастом 8 тыс. лет со стоянки Ла-Бранья-Аринтеро (Испания) и обнаружили, что он был скорее темнокожим, то есть естественный отбор предпочёл светлую кожу сравнительно поздно в истории нашего вида. 

На этот раз Марк Томас из Университетского колледжа Лондона (Великобритания) и его коллеги выделили ДНК из 63 скелетов, найденных на стоянках Украины и в соседних странах. Исследователям удалось секвенировать три гена, имеющих отношение к пигментации, из 48 скелетов возрастом 4–6,5 тыс. лет: ген TYR, вовлечённый в синтез меланина, SLC45A2, помогающий контролировать распределение вырабатывающих пигмент ферментов в клетках кожи, и HERC2, определяющий, каким будет цвет радужной оболочки глаз — карим или голубым. Эти гены, как и все гены пигментации, существуют в нескольких вариантах, что приводит к различным оттенкам кожи, волос и глаз. 

Сравнение вариантов этих генов из древних скелетов с таковыми у шестидесяти современных украинцев, а также с выборкой из 246 современных геномов из соседних стран показало, что частотность вариантов, относящихся к более светлым коже и волосам, а также голубым глазам, значительно выше у современных популяций. Например, у сегодняшних украинцев в среднем в восемь раз больше вариантов гена TYR, отвечающих за светлую кожу, и в четыре раза — имеющих отношение к голубым глазам, чем у древнего населения этой страны. А вот у африканских популяций нет ни одного из этих вариантов. 

Таким образом, хотя первобытные обитатели Украины определённо обладали относительно светлыми кожей и волосами и у них чаще встречались голубые глаза по сравнению с их предками, вышедшими из Африки, эволюция на этом не остановилась. Учёные провели компьютерное моделирование, с тем чтобы выявить различие между естественным отбором и «генетическим дрейфом», то есть нейтральной мутацией — случайными изменениями частности генетических вариантов. Принимались во внимание размеры древних популяций и скорость генетических изменений (то есть нужно было узнать, соответствует ли скорость дрейфа скорости эволюционных изменений). Выяснилось, что гены пигментации продолжали активно меняться под действием естественного отбора 5 тыс. лет назад и позже, причём сила давления отбора на них сопоставима с той, что в то же время действовала на другие гены, переживавшие период больших изменений, — гены усваиваемости лактозы и устойчивости к малярии.

Но почему за десятки тысяч лет, прошедших с момента исхода из Африки, естественный отбор не успокоился? Почему цвет кожи, волос и глаз продолжал меняться, хотя необходимость в защите от повышенного УФ-излучения давно отпала? По-видимому, полагают исследователи, когда люди были охотниками и собирателями, они получали большое количество витамина D с пищей, особенно с рыбой и печенью животных. Затем пришло время земледелия и скотоводства, когда основными продуктами питания стали пшеница и ячмень и организму надо было самостоятельно вырабатывать больше витамина D. 

Что касается светлых волос и голубых глаз, то г-н Томас и его соавторы выдвигают гипотезу о половом отборе: светловолосые и голубоглазые считались более привлекательными и, следовательно, давали больше потомства. Как известно, даже гуппи (не говоря уже о других животных) предпочитают спариваться с теми, кто выглядит необычно и выделяется на общем фоне...

 


Источник: КОМПЬЮЛЕНТА


 

Одним из важнейших событий человеческой истории стал исход из Африки, произошедший около 65 тыс. лет назад. Очевидно, что имела место обратная миграция из Азии в Африку, но считалось, что «возвращенцы» не проникали далеко на юг. Новые данные, однако, говорят о том, что 3 тыс. лет назад носители западноевразийской ДНК дошли до самого крайнего юга Африки. 

Туземцы охотно позируют. (Фото Cape Town Routes Unlimited.) Туземцы охотно позируют. (Фото Cape Town Routes Unlimited.) В какой-то степени это сенсация, ведь до сих пор казалось очевидным, что койсанские народы Южной Африки на протяжении нескольких тысяч лет находились в изоляции от остального человечества. Но выясняется, что и они не лишены генов, характерных для испанцев и итальянцев. А поскольку евразийцы несут следы неандертальской ДНК, возможно, что данный генетический материал присутствует и в африканских популяциях. И это вторая сенсация.

Койсанские народы Южной Африки ведут традиционный образ жизни, занимаясь охотой, собирательством, кочевым скотоводством и мало контактируя с соседями. Они говорят на языках, которые не только сильно отличаются от всех остальных, но и существенно разнятся между собой. Их генофонд уникален, и выдвинуто широко принимаемое предположение о том, что они отделились от других до исхода из Африки. Тем самым койсанские народы называют, возможно, самой древней популяцией человека разумного. 

Новая карта миграций выглядит так.Новая карта миграций выглядит так.Поэтому Дэвид Рейх из Гарвардского университета (США) и его коллеги совсем не ожидали увидеть в ДНК 32 представителей различных койсанских народов признаки, характерные для евразийцев. Больше всего они похожи на последовательности, которыми обладают современные обитатели Южной Европы, в частности сардинцы, итальянцы и баски. По-видимому, они проникли в койсанскую ДНК примерно 900–1800 лет назад, то есть задолго до появления европейцев на юге Африки. 

Археологические и лингвистические данные позволяют объяснить эту странность. Предполагается, что носители языков кхое (ветви койсанских языков) пришли на юг Африки с востока около 2 200 лет назад. Они были и остаются кочевыми скотоводами, и, по-видимому, именно они познакомили местных охотников и собирателей с животноводством. Неудивительно, что именно у носителей языков кхое доля евразийской ДНК самая большая — 14%, а у их родственников, живущих на востоке Африки, она и того больше — до 50%. 

В 2012 году Лука Пагани из Института Сенгера (Великобритания) и его коллеги обнаружили неафриканские гены в Эфиопии. Если объединить данные обоих исследований, получится, что евразийские гены проникли в восточноафриканский геном приблизительно 3 тыс. лет назад. Где-то тысячу лет спустя предки кхое отправились на юг и принесли некоторые из этих генов с собой. 

Если где-то ещё остались колониалисты, они должны почувствовать себя неуютно. Г-н Рейх не исключает того, что в мире нет ни одного народа, лишённого западноевразийских генов. Оставьте грёзы о расовой чистоте. И более того — о чистоте видовой: Африка уже не может считаться регионом, свободным от неандертальской ДНК. Кстати, г-н Рейх уже находил её следы в геноме йоруба. 

Осталось рассмотреть только вопрос об источнике миграции. Скорее всего, им стал Ближний Восток. Именно оттуда в Европу пришли предки нынешних обитателей Италии и Испании, гены которых найдены у африканцев. С тех пор многочисленные переселения народов почти стёрли следы древнего населения Леванта, и, по-видимому, ближе всего к нему именно южные европейцы.

 


Источник: КОМПЬЮЛЕНТА


В Грузии найден целый череп возрастом 1,8 млн лет — самый ранний из принадлежащих гомининам. Он говорит о том, что этот вид был довольно разнообразным — настолько разнообразным, что у некоторых учёных даже появилось желание объявить несколько видов Homo формами человека прямоходящего. 

Да, это он. (Фото AP Photo / Shakh Aivazov.)Да, это он. (Фото AP Photo / Shakh Aivazov.)Разумеется, есть и более древние окаменелости гомининов. Но здесь речь идёт о целом черепе: черепная коробка, лицо и нижняя челюсть — всё на месте. Предыдущим рекордсменом был скелет знаменитого «Мальчика из Турканы», которому 1,5 млн лет.

Череп обнаружен в Дманиси на юге Грузии: нижнюю челюсть нашли в 2000 году, а соответствующую черепную коробку — в 2005-м. Это уже пятый череп из Дманиси, где найдены также простые каменные орудия и множество костей животных. 

Давид Лордкипанидзе из Грузинского национального музеяМарсиа Понсе де Леон из Антропологического института и музея Цюриха (Швейцария) и их коллеги, изучив останки, выдвинули радикальную и очень смелую гипотезу. По-видимому, многие виды гомининов, которые сосуществовали в те времена, в действительности представляли собой один и тот же вид — Homo erectus. Просто анатомические особенности человека прямоходящего варьировались сильнее, чем считалось. 

Фото Georgian National Museum.Фото Georgian National Museum.Для демонстрации своей правоты учёные измерили лица пяти гомининов из Дманиси (все они жили примерно в одно время) между собой и с лицами африканских гомининов того же периода. В качестве контрольных групп выступили современные люди и шимпанзе. 

В то время как окаменелости гомининов явно отличаются от современных людей и шимпанзе, между собой они разнятся меньше и могут быть отнесены к одной, хотя и чрезвычайно многообразной, группе. Исследователи не видят причин для выделения человека умелого (Homo habilis) и человека рудольфского (Homo rudolfensis) в отдельные виды. По их мнению, это тот же человек прямоходящий. 

«Мы не против мысли о том, что 2 млн лет назад существовало несколько видов Homo, — поясняет Кристоф Цолликофер из цюрихского Антропологического института и музея. — Смысл в том, что мы не располагаем достаточными данными для выявления различий между видами». 

Было бы наивным ожидать, что сообщество антропологов с лёгкостью откажется от привычной теории. Фред Спор из Института эволюционной антропологии Общества им. Макса Планка (ФРГ) готов принять мысль о том, что в Дманиси обитал человек прямоходящий и что Homo erectus был очень разным. В то же время ему кажется маловероятным, что все африканские экземпляры следует тоже отнести к этому виду. Он обращает внимание на то, что г-н Лордкипанидзе и его коллеги считают человеком прямоходящим даже некоторых австралопитеков, несмотря на их явно обезьяньи черты. Поэтому не удивительно, отмечает эксперт, что грузинско-швейцарская группа проглядела более тонкие различия между видами Homo. 

Один из самых авторитетных палеоантропологов современности Крис Стрингер из лондонского Музея естественной истории (Великобритания) придерживается похожего мнения. Он тоже не видит ничего странного в том, что видовая принадлежность некоторых ранних африканских образцов может быть пересмотрена, с тем чтобы расширить вариативность человека прямоходящего. 

Портрет хозяина черепа (иллюстрация J.H. Matternes).Портрет хозяина черепа (иллюстрация J.H. Matternes).«Но Африка — огромный континент с глубокой летописью самых ранних стадий человеческой эволюции, и видовое разнообразие определённо существовало более 2 млн лет назад, — поясняет г-н Стрингер. — Поэтому я сомневаюсь в том, что все окаменелости ранних представителей Homo разумно объединять в рамках человека прямоходящего». 

Гипотеза отчасти основана на предположении, что палеонтологическая летопись гомининов неполна и что антропологи вынуждены давать характеристику целому виду по единственному экземпляру, который к тому же зачастую неполон. Г-н Спор считает, что это не совсем так: «Да, есть такой популярный миф, который гласит, будто находок так мало, что они все помещаются в коробку из-под обуви. На самом деле палеонтологическая летопись замечательна. Найдены сотни окаменелостей». Например, по его словам, известно по крайней мере 30 полных черепных коробок человека прямоходящего. 

Тем не менее, хотя радикальные предложения исследователей оспариваются, новый череп подтверждает эволюционный успех человека прямоходящего. Гоминины, как принято считать, возникли в Африке, и Homo erectus был первым, кто покинул свою родину, — задолго до того, как по его следам последовал человек разумный. 

«Гоминины из Дманиси — древнейшие представители Homo за пределами Африки», — говорит г-н Лордкипанидзе. Несмотря на это, по сравнению с современными людьми мозг у них был поменьше, а изготавливать они могли только самые простые орудия. Отсюда вывод: не надо много ума, чтобы заселить весь мир.

Да, человек прямоходящий не добрался до Австралии и Америки, но всё остальное с удовольствием колонизировал. Возможно, именно от него произошли так называемые хоббиты — миниатюрные гоминины, останки которых найдены на индонезийском острове Флорес. 

Новый череп говорит о том, что H. erectus развивался «мозаичным» образом, отмечает г-н Спор: сначала менялись одни характеристики черепа, потом — другие. Первой изменилась форма черепной коробки: у этого образца она имеет типичную для человека прямоходящего форму, несмотря на небольшие размеры, тогда как лицо и зубы ещё сохраняют черты человека умелого. У более позднего человека прямоходящего лицо и челюсти были всё-таки поменьше. 

Результаты исследования опубликованы в журнале Science.

 


 

Источник: КОМПЬЮЛЕНТА


 

Считается, что ожирение, диабет, сердечно-сосудистые болезни приобрели характер эпидемии из-за того образа жизни, который подарил нам научно-технический прогресс. С одной стороны, благодаря НТР мы стали жить дольше, а потому некоторые болезни получили возможность проявиться: раньше индивидуум просто умирал от той или иной инфекции, прежде чем с ним мог приключиться какой-нибудь остеопороз. С другой стороны, наше тело попросту не готово к новым условиям: приученные эволюцией к большой физической нагрузке и питанию растительной волокнистой пищей, мы оказались не приспособлены к малоактивному образу жизни и обилию легко усваиваемых углеводов. 

Эволюция человекаЭволюция человекаОб этом в своей книге «История тела человека» пишет Дэниэл Либерман, биолог-эволюционист из Гарвардского университета (США). Труд, впрочем, посвящён более общим вопросам: автор рассматривает главные перемены, которые происходили с нашим телом в течение эволюции. Таких перемен г-н Либерман насчитывает семь, из которых первые пять можно отнести на счёт, так сказать, естественной эволюции, а последние две произошли благодаря социально-культурным факторам. 

Наверное, легко догадаться, что первой глобальной переменой с нашими предками стало то, что они встали на две ноги. Считается, что это умение распространилось среди ардипитеков, живших 5,9 млн лет назад в Африке; сейчас ардипитеков называют, несмотря на всё их сходство с обезьянами, древнейшими предками человека. По словам автора, на две ноги нашего «пра» заставило встать общее похолодание климата и вызванное этим сокращение дождевых лесов, богатых пропитанием.

Передвижение на двух ногах неизбежно должно было привести к выпрямлению тела, то есть сделать предков прямоходящими. Ардипитеки лишь начали практиковать бипедализм, прямохождение же в явном виде проявилось у австралопитеков, коим по мере дальнейшего похолодания и иссушения климата приходилось преодолевать большие расстояния в поисках пищи. «Фруктовый кризис» заставил австралопитеков искать корни, семена, клубни и т. п., искать долго и упорно, и для этого понадобилось оптимизировать собственную конструкцию. 

Полностью выпрямился, однако, не австралопитек, а человек прямоходящий, у которого уже было «почти человеческое» тело, приспособленное для долгих переходов и бега, увеличенный мозг и полноценная способность к созданию орудий труда. Потомки этих первых охотников-собирателей продолжали наращивать мозг и вообще размеры тела, причём достижение ими зрелости обрело нынешнюю постепенность. Ключевой адаптацией стала способность к накоплению больших количеств жира, который мог быть очень кстати при беременности и кормлении детей. Кроме того, дополнительный жир облегчал питание разросшегося мозга. 

Homo sapiens, возникший 200 тыс. лет назад, хотя и не очень отличается от неандертальца, всё же приобрёл некоторые весомые особенности в строении мозга и черепа, сделавшие возможным развитие языка и сложной социальной структуры. И вот тут человек попадает под влияние культурно-эволюционных факторов.

С развитием цивилизации человек сам обеспечил себе новые факторы внешней среды, которые приобрели вполне эволюционную силу. Один из них — фермерский образ жизни, когда охотники и собиратели научились возделывать землю и выращивать скот. С одной стороны, это привело к появлению излишков продовольствия и резкому росту популяции. С другой — изменения в рационе и способе добычи пищи заставили нас собираться в селениях и городах, давая тем самым шанс инфекционным болезням. (Имеется в виду, что даже сельская община — это всё равно более многочисленная и плотная единица социума, нежели охотничья «банда».)

Но не стоит забывать, что фермерством занялись люди, в недавнем эволюционном прошлом практиковавшие активную охоту и собирательство. Их гены, подогнанные к названным занятиям, вошли в некоторое противоречие с новым, «сельскохозяйственным» укладом жизни. В результате человек обрёл неинфекционные болезни; новые крестьяне жили меньше, росли и развивались хуже, чем их предки-охотники. 

Ну а вторым рукотворным фактором эволюции, по Дэниэлу Либерману, оказалась промышленная революция, влияние которой мы испытываем по сей день. (Понятно, что каких-то крупных анатомических перестроек, подобных появлению прямохождения, она не принесла, но в «Истории тела человека» говорится не только и не столько об анатомических революциях, сколько о поворотных моментах во взаимоотношениях нашего тела и окружающей среды.) Промреволюция ознаменовала собой, пожалуй, наступление самой здоровой эпохи для человечества — здоровой в прямом, медицинском смысле слова. Однако при всех успехах медицины, при всём увеличении продолжительности жизни нельзя закрыть глаза на то, что, к примеру, ожирение действительно стало одной из главных проблем современного человека.

Главная мысль г-на Либермана в том, что наше тело не готово к среде, воцарившейся вокруг. Гены, грубо говоря, у нас древние, а окружение — слишком новое. Гены изменить (пока) нельзя — значит, нужно менять среду. Но как это сделать? Уж не предаться ли теперь всем человечеством охоте и собирательству? При этом г-н автор вовсе не порицает, например, стремление отдыхать весь день напролёт: это, по его словам, вполне нормальные устремления, которые сохранялись у человека на протяжении всей его истории. В конце концов, Бог, изгоняя человека из рая, проклял его трудом. Однако до недавнего времени сей «утраченный рай» был недостижим: наши предки, может, и хотели бы проводить дни в лености, но им приходилось бегать марафоны по полям и лесам за дичью.

А сейчас, стало быть, мы находимся в положении обретённого идеала, вот только наши гены... Они об этом не знают.

Стоит, однако, заметить, что книга вовсе не горюет об утраченном «золотом каменном веке»: г-н Либерман скептически относится к попыткам избавиться от ожирения с помощью так называемых палеодиет. Древние охотники и собиратели вовсе не были «заточены» под то, чтобы быть здоровыми. Их целью, как у всякого животного, было иметь как можно больше потомства. 

То есть выход состоит в том, чтобы усидеть на двух стульях: не отказываясь от промышленной революции, обеспечить устаревшим генам более или менее привычную среду. Всё это навевает не слишком оптимистичные выводы: с одной стороны, за ожирениями и диабетами стоит столь могучий аргумент, как эволюция (точнее, эволюционно-экологические несоответствие), а с другой — чтобы это несоответствие ликвидировать, нужно предпринять колоссальные усилия и учесть массу факторов.

Но и к самой работе можно предъявить некоторые резонные претензии. Вся эта теория, как легко понять, есть продукт нынешнего дня, и мы сегодняшние, разумеется, считаем, что ожирение, диабет и сердечно-сосудистые болезни — это проклятие нашего века. Да, то, что касается ожирения, кажется, трудно оспорить; в такой же ситуации вы окажетесь, если начнёте отрицать то, что выброс парниковых газов имеет чёткие физические последствия. Но что делать с другими болезнями — скажем, с раком? Так ли уж точно мы знаем, что охотники-собиратели и фермеры болели им меньше нашего? Можно сколько угодно доверять медицинским знаниям древних египтян, однако так можно договориться до того, что диагностика за несколько тысяч лет мало чему научилась. К тому же некоторые свежие исследования «новых» болезней говорят о том, что совсем недавно их просто не различали (впрочем, справедливости ради стоит сказать, что в этом случае речь идёт о «новых» инфекционных недугах).


Истчоник: КОМПЬЮЛЕНТА


Ученые впервые составили полный список ингредиентов, которые встречаются в человеческой моче. Это поможет усовершенствовать методы диагностики различных болезней.

В человеческой моче содержится 3000 веществВ человеческой моче содержится 3000 веществРезультаты исследования, проведенного канадскими специалистами из Университета Альберты, опубликованы в журнале PLoS ONE.

Моча служит одним из важнейших индикаторов состояния здоровья пациента, однако обычно медики обращают внимание лишь на 6-7 ее компонентов. В медицинских справочниках приводится список из 50-100 веществ, которые содержаться в человеческой моче. Однако авторы статьи показали: на самом деле в моче встречается на два порядка больше веществ.

Составить исчерпывающий перечень всех ингредиентов мочи специалистам удалось при помощи целого набора методов: газовой и жидкостной хроматографии, масс-спектрометрии и спектроскопии ядерного магнитного резонанса. До этого человеческая моча ни разу не подвергалась столь тщательному анализу.

Всего в моче обнаружилось около 3000 метаболитов – промежуточных продуктов обмена веществ. Их присутствие зависит от состояния организма, а также от пищи, напитков и лекарств, которые употребляет человек. Исследователи надеются, что их данные помогут усовершенствовать методы диагностики – в этом случае по анализу мочи можно будет сказать, например, есть ли у пациента злокачественные опухоли.

В 2011 году этот же коллектив ученых «расшифровал» химический состав крови, а в 2008 году – составил полный список веществ, присутствующих в цереброспинальной жидкости.

 


Истчоник: infox.ru


У всех есть свой предел — и у любителей побегать на выходных, и у олимпийцев. По-научному этот предел называется лактатным порогом: как только вы его перешагнули, начинаются неприятные ощущения. Наверное, каждому знакомо это чувство: сердце бешено колотится, вы хватаете ртом воздух, усталость в мышцах нарастает снежным комом, а потом они просто отключаются. Тем не менее на свете есть по крайней мере один человек, который избежал этой участи, несмотря на интенсивные тренировки. Его зовут Дин Карназес

Найти фотографию стоящего Дина Карназеса было непросто. (Фото Philip Anema/Zozi.) Найти фотографию стоящего Дина Карназеса было непросто. (Фото Philip Anema/Zozi.) Калифорниец справлялся с самыми тяжёлыми испытаниями: он бегал марафон до Южного полюса при температуре -25 °C и участвовал в знаменитом сахарском Marathon des Sables. И он ни разу не чувствовал ни жжения в мышцах, ни судорог, даже пробежав полторы сотни километров. «На определённой скорости я могу бежать очень долго, не уставая», — признаётся ультраспортсмен. Ему приходится ограничивать себя сознательно.

Во время физической работы организм расщепляет глюкозу, извлекая таким образом необходимую ему энергию. Побочным продуктом этих реакций и дополнительным источником энергии становится молочная кислота (лактат). При достижении определённого порога организм уже не способен расщеплять лактат так быстро, как он производится, и молочная кислота начинает накапливаться в мышцах. Тем самым тело даёт вам знать, что пора остановиться. Г-н Карназес ни разу в жизни не получал такого сигнала. 

«В конце концов я просто засыпаю, — говорит он. — Однажды я бежал трое суток без сна, и на третью ночь пережил что-то вроде психоза. Бывало, я засыпал прямо на ходу и только силой воли заставлял себя бежать дальше». 

Железная сила воли — общая черта всех сверхмарафонцев, но в 2006 году во время подготовки к тому, чтобы пробежать 50 марафонов за 50 дней, г-н Карназес обнаружил, что у него есть не только это. Аэробные тесты не показали ничего экстраординарного: обыкновенный высококвалифицированный спортсмен. Но тест на лактатный порог принёс сенсацию. «Мне сказали, что он займёт 15 минут максимум, — вспоминает атлет. — Но прошёл час, им пришлось остановить тестирование, и они признались, что никогда не видели ничего подобного». 

Как поясняет Лоран Мессонье из Савойского университета (Франция), аэробный тест определяет возможности сердечно-сосудистой системы, а лактатный порог (его ещё называют анаэробным) имеет отношение к способности удалять молочную кислоту из крови и преобразовывать её в энергию. «Если взять перспективного бегуна и тренировать его в течение длительного времени, его сердечно-сосудистая система улучшится до определённого момента, после которого добиться прогресса будет уже трудно, — рассказывает специалист. — Этот предел зависит от физиологии сердца и сосудов. Тем не менее дальнейшие тренировки, хотя и не улучшат аэробную способность, заметно повысят спортивные показатели, ибо лактатный порог определяется не состоянием сердечно-сосудистой системы, а качеством мышц». 

Организм выводит молочную кислоту из крови путём ряда химических реакций, обусловленных митохондриями в клетках мышц. Эти реакции преобразуют лактат обратно в глюкозу. Процесс ускоряется специфическими ферментами, а также зависит от размеров митохондрий (чем больше их ёмкость, тем активнее они смогут использовать молочную кислоту в качестве топлива). 

Годы тренировок приведут к тому, что ваши ферменты и митохондрии станут работать более эффективно. А если к тому же вы унаследовали способность к выработке особенно полезных ферментов и созданию митохондрий особенно большого размера, ваш личный лактатный порог будет намного выше, чем у других. 

Г-н Карназес влюблён в бег с раннего детства. Ещё в средней школе он демонстрировал такие успехи, которые намного превосходили показатели сверстников. На одном благотворительном мероприятии лучшие из его товарищей смогли сделать только 15 кругов по стадиону, а он — 105. Вскоре он по какой-то причине перестал бегать, но ближе к тридцати годам его вдруг захлестнуло, и он отправился в ночь. 

Большинство из нас, пропустив 15 лет тренировок, не убежали бы далеко, но г-н Карназес остановился только через 50 км! Мозоли болели, как проклятые, но мышцы не выказывали никаких признаков усталости. 

«Многие бегуны из спортивной элиты улучшают способность организма к выведению молочной кислоты за счёт долгих лет тренировок, но у всего есть предел, — говорит уникум. — Всё остальное, как мне сказали, это наследственность. Лучшее, что может сделать бегун на длинные дистанции, — это выбрать правильных родителей!» 

По-видимому, дело здесь не только в ферментах и митохондриях. Г-н Карназес считает, что определённую роль играют небольшое количество жира, низкая потливость, сильнощелочная диета, слабое воздействие экологических токсинов. Генетика действительно даёт некоторые преимущества, но гены выражаются по-разному в зависимости от окружающей среды и образа жизни. Г-н Мессонье согласен: если вырастить одного близнеца в Африке, а другого — в Северной Европе, их гены будут вести себя неодинаковым образом. 

Скорее всего, свет на загадку г-на Карназеса смог бы пролить эксперимент с его братом, который никогда не занимался спортом на износ и не знает своих истинных возможностей.


Источник: КОМПЬЮЛЕНТА


Собака была приручена человеком не 12-15, как считалось, а более   30 тысячелетий назад – такое сенсационное открытие сделали  генетики Института молекулярной и клеточной биологии Сибирского  отделения РАН, исследуя череп животного, обнаруженный на Алтае  ещё в середине 70-х годов прошлого века.

Древние люди с сабакамиДревние люди с сабакамиЧереп, напоминающий собачий, был найден сотрудником  Новосибирского института археологии и этнографии Николаем  Оводовым в алтайской пещере Разбойничья в 1975 году. В то время  учёные ещё не умели определять возраст подобных находок. Лишь три  года назад был проведён радиоуглеродный анализ, который  установил, что данному фрагменту скелета около 33 тысяч лет.   Однако биологи ещё долго сомневались, что это не какой-нибудь   «неправильный» волк, а именно собака.

Но вот у генетика Анны Дружковой получилось добыть ДНК из этой  древней кости, и в давних спорах наконец-то была поставлена  точка. Кропотливая работа длилась полгода, при этом каждый новый  опыт уменьшал исходный образец. Анне даже пришлось на время  полностью прекратить общение с друзьями, имеющими собак, а также  избегать собак на улицах: эта осторожность была крайне  необходима, так как существовала опасность занесения современной  ДНК в полностью стерильный бокс. Но результат развеял все  сомнения. Близкими родственниками этого алтайского пса оказались  доколумбовые собаки – предполагают, что с Алтая их взяли с собой  первобытные люди, которые переходили из Азии в Америку.

 


 

Источник: Научная Россия


 

В августе 2008 года в южноафриканской пещере Малапа были найдены останки нового вида австралопитеков, который в 2010 году получил название Australopithecus sediba. В 2011-м журнал Science опубликовал результаты новых исследований, и они не были последними. Попытка назвать Australopithecus sediba недостающим звеном эволюции австралопитека в человека вызвала споры; впоследствии количество образцов выросло, и стоило ждать дальнейших публикаций. 

Сводная реконструкция Au. sediba (в центре) основана на материале, принадлежащем MH1, MH2 и MH4, и на опубликованных только что исследованиях. Поскольку все особи, найденные на сегодня, обладают примерно одинаковым ростом, соответствующая коррекция не понадобилась. Длина бедра установлена по цифровым измерениям кости индивида MH1, которая до сих пор не извлечена из камня. Для сравнения приведены скелеты сравнительно малорослой современной женщины (слева) и самца шимпанзе обыкновенного (справа). Сводная реконструкция Au. sediba (в центре) основана на материале, принадлежащем MH1, MH2 и MH4, и на опубликованных только что исследованиях. Поскольку все особи, найденные на сегодня, обладают примерно одинаковым ростом, соответствующая коррекция не понадобилась. Длина бедра установлена по цифровым измерениям кости индивида MH1, которая до сих пор не извлечена из камня. Для сравнения приведены скелеты сравнительно малорослой современной женщины (слева) и самца шимпанзе обыкновенного (справа). И вот дождались! Science предлагает нашему вниманию шесть новых статей с описанием материала, принадлежащего трём индивидам: скелетов голотипа и паратипа MH1 и MH2, а также изолированной большой берцовой кости особи MH4. Работы завершают этап первоначального изучения этих ранних гомининов, живших примерно 1,977–1,98 млн лет назад.

Джоэл Айриш из Ливерпульского университета им. Джона Мурса (Великобритания) и его коллеги рассматривают характеристики зубов Australopithecus sediba, которые, скорее всего, передавались по наследству. Они филогенетически отличны от таковых восточноафриканских австралопитеков, но близки к зубам Au. africanus, а потому, заключают учёные, два вида можно объединить в южноафриканскую группу австралопитеков, которая некоторым образом напоминает кладу, состоящую из четырёх останков ранних представителей рода Homo. Всё это говорит о том, что Au. sediba и, возможно, Au. africanus не являются потомками австралопитека афарского. 

Дэррил де Рёйтер из Техасского университета A&M (США) и его группа изучили челюстной материал особи MH2, в том числе ранее неизвестные резцы и премоляры. Они похожи на таковые других австралопитеков, но отличаются от зубов австралопитека африканского и формой, и размерами, а также траекторией онтогенетического роста. Тем самым подтверждается правомерность выделения Australopithecus  sediba в отдельный от Australopithecus africanus вид. Между тем челюстной материал больше всех схож с таковым ранних представителей рода Homo. 

Стивен Чёрчилл из Университета Дьюка (США) и его коллеги проанализировали детали верхней конечности Australopithecus sediba и описали наиболее полные и недеформированные плечевую, лучевую, локтевую, лопаточную, ключичную кости и рукоятку грудины в истории изучения ранних гомининов, причём принадлежащие одной особи. За исключением кисти, верхние конечности гомининов из Малапы в большой степени морфологически примитивны. Иными словами, Australopithecus sediba обладал типичной для австралопитеков верхней конечностью, которая прекрасно подходила для лазанья по деревьям и, возможно, висения. 

Фрагменты рёберной клетки Australopithecus sediba описывают Петер Шмид из Цюрихского университета (Швейцария) и его коллеги. По их словам, верхняя часть грудной клетки узка в срединно-боковой области, как у крупных человекообразных обезьян, что совсем не похоже на широкую цилиндрическую грудь человека. Вместе с почти полными останками плечевого пояса вырисовывается морфологическая картина конической грудной клетки с обезьяноподобным высоким плечевым суставом (из-за чего кажется, будто обезьяна вечно пожимает плечами), то есть конфигурация очень характерна для австралопитека и едва ли способствует размахиванию руками во время ходьбы и бега на двух ногах, которое практикуют люди. Нижняя часть рёберной клетки сохранилась хуже, но по ней всё же можно судить о том, что там средне-боковое сужение напоминает человеческое. Перед нами странная мозаика анатомических черт, намекающая на переходное значение этого вида. 

Скотт Уильямс из Нью-Йоркского университета (США) и его коллеги анализируют шейный, грудной, поясничный и крестцовый отделы позвоночника, показывая, что Australopithecus sediba обладал тем же количеством поясничных позвонков, что и современные люди, но нижний отдел его спины был длиннее и гибче, с соответствующими функциональными последствиями. Морфологические показатели сильного поясничного изгиба говорят о том, что Australopithecus sediba в этом отношении был родственником австралопитека африканского и больше походил на человека прямоходящего из Нариокотоме

Наконец, Джереми Десилва из Бостонского университета (США) и Витватерсрандского университета (ЮАР) и его коллеги описывают анатомию нижней конечности Australopithecus sediba и выдвигают особую биомеханическую гипотезу о том, как ходил этот вид. По отдельности анатомия пятки, среднего отдела стопы, колена, бедра и спины уникальна и чудна, но вместе она внутренне непротиворечива и свидетельствует о двуногом хождении с очень низким наклоном туловища. Отсюда следует, что нашими ранними предками из числа гомининов практиковались многообразные виды бипедализма. 

В целом, как отмечает автор обзорной статьи и руководитель раскопок Ли Бергер из Витватерсрандского университета (ЮАР), вид демонстрирует анатомическое и функциональное попурри, которое отличает его и от австралопитеков, и от ранних представителей рода Homo. Несомненно, новые работы скажутся на представлениях о скорости и образе эволюции гомининов.


Источник: КОМПЬЮЛЕНТА


Случайные статьи

  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
Предыдущая Следующая

Вечная мерзлота растает к 2200 году

23-02-2011 Просмотров:11441 Новости Метеорологии Антоненко Андрей - avatar Антоненко Андрей

Вечная мерзлота растает к 2200 году

Ученые рассчитали, что вечная мерзлота вскоре выбросит в атмосферу огромное количество углерода. Оно вполне сопоставимо с выбросами углекислоты промышленностью с начала индустриальной эпохи. Вечная мерзлота Примерно 25% суши и большую часть...

Урочище

09-12-2012 Просмотров:7868 Словарь Антоненко Андрей - avatar Антоненко Андрей

Урочище: 1. То, что служит естественной границей, природной межой (например: овраг, гора). Обыкновенно границы обозначаются урочищами, например, вот так: «От устья речки Конлыелга до сухой березы на волчьей тропе». С. Аксаков, Семейная хроника. [Мы]...

В Индонезии нашли нового геккона, а в Китае — самую…

15-07-2011 Просмотров:8245 Новости Зоологии Антоненко Андрей - avatar Антоненко Андрей

В Индонезии нашли нового геккона, а в Китае — самую маленькую гремучую змею в мире

В тропических лесах Индонезии обнаружен кривопалый геккон нового вида, которому присвоено научное название Cyrtodactylus boreoclivus. Открытие сделано в горах Фоджа, расположенных в индонезийской провинции Папуа, что в западной части острова...

Черепах породнили с птицами

25-05-2012 Просмотров:13002 Новости Эволюции Антоненко Андрей - avatar Антоненко Андрей

Черепах породнили с птицами

Генетические данные говорят о том, что черепахи произошли от общего предка птиц и крокодилов, а не от более древних групп рептилий. Эволюционные корни черепах долгие годы занимают ученых. Согласно данным палеонтологов...

Братья их меньшие: зачем дикие животные заводят питомцев

25-05-2018 Просмотров:2317 Новости Зоологии Антоненко Андрей - avatar Антоненко Андрей

Братья их меньшие: зачем дикие животные заводят питомцев

Муравьи доят тлю, пауки защищают лягушек от хищников, совы используют змей в качестве пылесоса, а обезьяны подбирают брошенных котят. Ученые сравнивают такое поведение с человеческой тягой к одомашниванию животных. Кто и зачем в дикой природе заводит себе...

top-iconВверх

© 2009-2022 Мир дикой природы на wwlife.ru. При использование материала, рабочая ссылка на него обязательна.